Песня «Фома» исполнителя Бранимир. Скачать или слушать онлайн

Текст песни:

«Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.»

1.
О чём он вспомнит? Как в школе сверстники дразнили бедняком,

Как у физручки шевелился в горле ком,
И показать не мог подъём-переворот.
Смеялся класс. Рабочий класс похнюпых пони
Зажал пальцами кончик мятого квитка.
Помятый хуком синий ящик без замка.
Маманя снова притащила мужика.
..
За шторой водка, килька, смех. И снова стонет.

О чём он вспомнит? О том, как ночью в трубах падает говно.
О том, как папенька зарезал петуха,
И суд влепил ему п.ж. Цветёт лохматая ольха -
Весной запахло в красной зоне.
А во дворе бычкуют приму Кузьмичи,
Судьбе ни разу не шепнуть мерси баку.
И спичка липнет к потолку, и на побелке чёрный круг
В магнитофоне «Привередливые кони»

Но я люблю, за что не знаю сам,
Побитый плесенью пустой универсам,
Слепого деверя на лавке во дворе,
И снег коричневый в промозглом декабре,
Свою невзрачную и склочную родню,
Что божью искру разменяли на хуйню.
И я один стою на берегу
Вы не смогли построить рай
Вы не смогли построить рай
А я смогу, смогу, смогу
А я смогу, смогу, смогу
А я смогу, смогу, смогу
....
Смогу Смогу

2.
О чём он вспомнит? Как на заводе синим пламенем горят
Поделки важные, надежды и мечты.
Как полыхают глотки гневом на судьбу
Как на тарань течёт слюна в застолье тёмном
И льётся горькая, а в радио поёт
Певичка модная, вгоняя в сладкий транс:
«Завтра в 7:22 я буду в цеху смолить, а там ещё немного »
..
Там ещё немного, и аванс!
О чём он вспомнит? Как тушит дом соседский пенная струя
Белее снега из пожарной каланчи
Ханыги спали - подгорели куличи!
И на плечах своих тащил личинку Коли
Малютку-девочку из жёлтого огня
Седой пожарник с дивным именем Фома
Он тоже рос в таких домах, в которых пропадом горит
Собачья жизнь пожаром в цвет породы Колли

Но я люблю, за что не знаю сам,
Осенний ветер, что несётся по лесам,
Избушку бабушки на горке у реки,
Дедов, что в кружке добивают вторяки.
И я люблю, за что не знаю сам,
Иконы древние - не дам скормить их псам,
И вражьи косточки лежат на берегу
Там не смогли построить рай
Там не смогли построить рай
А я смогу, смогу, смогу
Я всё смогу, я всё смогу
Смогу, смогу, смогу
....
Смогу смогу

Скачать

Найти в VK Найти в VK

Другие песни исполнителя:

Снег на голове

Бранимир

Полчище гнусавое, мух спешит на смерть, Снег паскудным саваном, застил белый свет. Валит сука тоннами, вниз летит кретин, Небо забинтовано, в черный дермантин. Черными колодцами, не измерять дна, Шприцем руки коцаны, в коцы душу гнал Ты скажи мне маленький, что там в рукаве? Почему у маменьки, снег на голове? Мама ходит с бадиком, сгорблена спина, Раньше холку гладила, днесь как высь смурна. В поздний час у ладанки, хвать за сердце и — Слов зловонным снадобьем, мазала рубцы. Снег и “хмурый” тоннами, полярная ночь, Втёрся под Ротондою, отлетался торчь. Спи пездюк, зелененький, шапка в рукаве, А у мамки родненькой, снег на голове.
Из истории волгобастардтреста

Бранимир
Дивный новый мир

Бранимир

Что заберешь с собой, когда пробьют отбой, Туда где асфодели за малиновой рекой цветут на перебой? Что заберешь с собой в далёкий жмурский край, Сберкнижку, дом с трубой и розою ветров разбуженный сарай, Пропаленный палас, два гаечных ключа, Обрывок кумача, Вставай рабочий класс! Холщевый вещмешок на сгорбленной спине, Сто грамм на посошок и белку на коне, Три тысячи рублей жене на сапоги, Часы на юбилей, куру в куске фольги, Больничные листы, коронки и мосты, Надорванный живот и на груди кресты? С молотом карга ходит за тобой, Провожая в дивный новый мир Скучный и рябой. Рухнут все табу, вызовут конвой: Буйных на губу , ангелов в забой, Ангелов в забой, Ангелов в забой! Что заберешь с собой? Добытое стрельбой. Две Моторолы , что звонят на перебой, Колоду два ствола, бутылку Журавлей , Пришитые дела и нитку побелей, Мигалку и свисток, доход не трудовой, Промасленный листок с афганскою шалвой, Проставленный свой рот, Маруху с трипаком? Прославленный твой род не дрогнет над венком. Объедки от простав набитых дураков Вещдоки и устав, мундир и вонь носков, Стенавших на суде, погоны, ордера И серафимский хор споёт тебе в упор: Прорвемся, опера! , Скорби за тобой, Провожают в дивный новый мир Скучный и рябой. Рухнут все табу, вызовут конвой: Буйных на губу, в Гарлем и запой, С молотом карга ходит за тобой, Провожая в дивный новый мир Скучный и рябой. Рухнут все табу, вызовут конвой: Буйных на губу , ангелов в забой, Ангелов в забой, Ангелов в забой!
Пропадом

Бранимир

>Ты наивная, ты прекрасная, Быть дырою несогласная, Дева милая, скулишь аллилуйю, Набожна, свята, безропотна. Пропадай ты, сука, пропадом! Пропадай ты, сука, пропадом! В мире все хотят быть «рыжими». А кто нет – торчит и квасит! Мамы с папами серыми лапами Новорожденных хною красят. Кто не мечен – тот не впишется. Жить в клоаке будет хлопотно! Пропадай ты, сука, пропадом! Пропадай ты, сука, пропадом! Позабудь про Божий Рай! Жизни истины просты: Жги и с мясом выдирай Атавизмы доброты! Перепонки ангелов разорваны Саранчи зловещим топотом. Пропадай ты, сука, пропадом! Пропадай ты, сука, пропадом!
Му-Му

Бранимир

Нас С детства учили “когда я ем я глух и нем”. В горле хаванина застрянет, подавишься и сдохнешь. Правило в корне верное, лучше даже наверное, Быть глухонемым, не только когда ешь! Горестей мирских наслушаешься, все осознаешь башкою тронешься: Умножится скорбь — в ход пойдет корвалол. Пропадешь не за грошь, ежели пасть не на того разинешь, косяк спорешь, Корешь, шагом марш под землю к опарышам, балда-балабол! Вы нам говорили растите и становитесь взрослыми, А тогда уже мастрячьте, все что душе угодно, мать её А мы желторотые, повелись на ваши роскозни И стали взрослеть, ударными тэмпами расти. Кокое-то время было кайфово — брали от жизни все её сладости. Но где же та детская беспечность, дерзость, словесная смелость? Взамен лишь бухло — генератор искуственной радости -, Отоспаться и -“работать негр, солнце не село… Греби, Муму, греби — говна не примет дно! Пристани не требуй, бревнами не гребуй! Греби, Муму, греби — нам все равно срать и срать до неба… Срать и срать на небо Нас с детсва (дело — не в дело) шпыняли Страшным Судом. “Послед смерти за деяния свои подвергнется мукам диким!”. Ау, терпигорцы! Кочемай! Суда не будет — мы давно на нем И сами друг другу выносим вердикты! Оглянись: подставы, склоки, законы жестоки резня: Мы на разографе штампованные змеи, резервуары зла: зло лезет наружу… Задыхаясь в сере, мы прём на верный кирдык, как солдатня… Дохнем как мухи, ложимся в папашины градки глубже, глубже! А нам с детства твердили, что человек человеку — ровня… Хуй там! Есть Цезар, а есть гуща идущий на смерть толпы. И земля это не шар. Земля это жаровня. И мы её не хозяева, а зеркальные карпы: Карпеем, крутимся, с Бога на Бога, с боку на бок… Масло кипит… мы скоро украсим пиршество пышное… И мы не венец твореня, а мерзкий грибок На девственно розовых пятах Всевышнего.