Песня «У нас будет сын»
исполнителя Бранимир.
Скачать или слушать онлайн

Текст песни:

У нас будет сын
В пролёте как русский витязь,
Тупой и кривей коряги,
Без мазы продать мозги.

У нас будет сын,
И он не поступит в ГИТИС,
А будет зубрить в путяге
Устройство ярма и зги.

У нас будет сын
И он не уедет жить в Лондон,
Туманные перспективы,
Судьбины пологий склон.
И он не пробьётся в люди,
Скрежещут от злобы пломбы,
Сопьётся в посудной лавке
С кривою наколкой СЛОН.

Спасибо мама, спасибо папа
За то, что жив я, что здоров, ума палата.
Вы научили заглянать с тоской в чужой набитый рот
И грубой силой отбирать кусок у брата.

А за стеною синила и спор про Карабах,
Губы в водке, пузо в складках, пятки в плесневых грибах.
И нет просвета, и плачет где-то
Совсем малой потенциальный Моцарт или Бах.

И будем шкилять в контакте:
На Киви кто сколько сможет,
Давайте спасём Илюшу,
Нам надо его к врачу.
Помилуйте, Тор и Шакти!
Наш сын умереть не должен,
Он вырастит самым лучшим!
Конечно же, я шучу.

У нас будет сын
Здоров, как борец Поддубный,
Достойный и сильный воин,
Горой за Святую Русь.

У нас будет сын
Красивый, спокойный, умный.
Пойду на любую дыбу,
Он станет таким, клянусь.

И я приложу все силы,
Чтоб рос и не видел горя,
Чтоб дня не провёл без книги,
А вместо всех зол спортзал.

Чтоб стал для других примером
И совесть без тёмных пятен,
Пришёл нас с тобой проведать
И с гордостью нам сказал:

Спасибо мама, спасибо папа
За то, что с кухни шёл всегда приятный запах,
За то, что в детстве не пришлось глядеть в чужой набитый рот
И грубой силой отбирать кусок у брата.

А за стеною синила и спор про Карабах,
Губы в водке, пузо в складках, пятки в плесневых грибах.
И нет просвета, и плачет где-то
Совсем малой потенциальный Моцарт или Бах.

Другие песни исполнителя:

  • Я брел по серой и безжизненной пустыне, Ловил пингвинов и цветные миражи. Душа и жилы земляничные остыли, Когда летели с неба бомбы на Кижи. Трещали щепки и проводки коротили, Убитых маслиниц звенели голоса. И над кромешным адом яростно светили, Твои волшебные и честные глаза. И над кромешным адом яростно светили, Твои волшебные и честные глаза. ПРИПЕВ: Чёрствым хрусталем, Пруста, мир — Стреляет в твое сердце, твердое как бут Вспомни обо мне, просто Они когда до смерти душу, заскребут Два лишаистых и замученных Петрония Они искали двери в лето а нашли седую мышь В моих зрачках горит звезда, Но ты не тронь её, а то сгориш. И стали ржавыми все царские короны Померкло злато тамплиеров и жидов Сожрали жабры ненасытного Нейрона Воскресла белая держава вечных льдов. В ТарТараРы весь мир тревожный и безумный Материки тонули в крове и слезах И я смотрел и улыбался как безумный В Твои волшебные и честные глаза И я смотрел и улыбался как безумный В Твои волшебные и честные глаза ПРИПЕВ: Черствым хрусталем, Пруста, мир — Стреляет в твое сердце, твердое как бут Вспомни обо мне, просто — Они когда до смерти душу, заскребут Два лишаистых и замученных Петрония Они искали двери в лето а нашли седую мышь В моих зрачках горит звезда, Но ты не тронь её, а то сгориш. Не помогали миру прайсы и молебны, Беднягу Ирода, порола детвора. Глаза твои манили маревом Целебным, И наполняли сердце пламенем добра. Цветы любви сквозь яд Гудрона прорастали, Утихли стрельбища и Зевсова гроза. И я играл с твоими тонкими перстами, И целовал твои волшебные Глаза. И я играл с твоими тонкими перстами, И целовал твои волшебные.
  • Автостанция Кинешма в сумке блины Ты стоишь небо синее как дембель в фонтане И во сне мажешь лыжи, укатить из страны Но тебя не пускает, твой Ваня Он нажраться, пляшет, братана с крюка ебашит Раша, страшен, машет сизою булавой Лютый вой, мордобой и ебало в кашу Дефективный супруг нелюбимый твой Уволок тебя в Пердь пятернею потной Заточил в Хрущёвке как дюймовочку крот Были мазы свалить, приезжал тут залетный Экземпляр из более ценных пород Угостил кириешками, сулил Абхазию Обещал, что то там привезти из гор Да видать с продуктового гарпии сглазил Растворился и скрылся в ночи как вор ПРИПЕВ: Маршрутные кабзики грязь месили Коричневый яд Поволжского вилладжа Ты стояла, глаза твои просили: Забери меня на хер из этой Кинешмы! Буду бля, полюблю тебя, яшмовый, надолго. Хочешь, тапочки буду в зубах приносить? Он смотрел как сокол, что брезгует падалью Мне кофейку и два с мясом… Спасибо Мир пропахший кишманской помадой, и старыми тапками Пришпандорены к кафелю святцем Висит Паноровская Рыболовные снасти, балкон стеклотара с остатками И бабуля погладит рукой покрытой коростою Кухня пахла весельем и не ухоженной матерью В Апельсиновых корках отряд насекомых вредителей Скалки склянки и склоки, отвратная ПСИХОСОМАТИКА Отчий дом как хрущевский зверинец и место распития Педофил в драмкружке осыпал непрестанными одами Распускал волосатые клешни, тащи в свою Таврию Но Афелию дали другой, а тебе кушать подано Продаешь на вокзале и ждешь Леонардо ДиКаприо Автостанция, Кинешма в сумке самса Ты стоишь, небо ясное, как участь Донецка Потускнели глаза, расплылись телеса Растолстела в конец как Японская нецка, Черным выхлопом, выдохнул старый «Лиаз» Старики на лавке резались в нарды И все было как раньше всюду квас, керогаз Но к тебе подошел живой Леонардо Белый нордик и волосы на пробор И одет точно так же как в фильме Титаник Протянул к тебе руку, я за тобой Сейчас приедет Rolls Royce, собирайся, ТАНЯ Я искал тебя долго, вот букет из роз Обомлел, как увидел тебя с плаката Она бросила сумку и села в РолссРойС Happy end, поцелуй, умчались к закату
  • Извивалась юркая полудюймовая рыбица, Выброшенная на сушу суровым Посейдоном. А вокруг – канонады наркоманской, блядской, глянцевой Ибицы, От которых трепыхались изможденные лики Мадонны. Рыбкины жабры раздвигались как шлюхины влагалища; Она стонала и тряслась: «О, Боже святый! За что Ты меня сюда: ведь я же совсем мала ещё! Я только что родилась! Я ни в чём не виновата!..» Но таинственный Некто хранил молчание (Что можно было расценить не иначе как «отъебись и ползи») И у маленькой рыбки от гнева и уныния сперло дыхание… Так она, корчась в агонии, подохла в грязи… Я в это время танцевал и не помог ей выбраться, Я не слышал её стонов, и нашёл уже мёртвой. И в порыве яростного отчаяния пнул эту самую рыбицу В глухую пучину – на расправу прожорливым волнам… А серпентарий по имени «Ибица» ждёт кары Творца: Две заботы – забыться и выжить! Остальное – не важно. Но Гаутама не покинет дворца… За забором так страшно… «Под легкий ужин» сделанная в трущобах малышка-Золушка (Из тех, кто по Его жребию права на счастье не имеет), Ничего в этой жизни не видавшая(кроме пьянок мамы и домогательств отчима Фролушки) Однажды где-то прочитает про Грэя. И она будет ждать его, что он прискачет на белом коне и скажет «Моя Муся! Ай лав ю!»…Но где же он? Кругом лишь ссыкло да пропойцы! …И Золушка с горя нажрётся, раздвинет ноги и отдастся первому попавшемуся — Тому, кого ничего не интересует кроме того, что у нее ниже пояса. А дальше – по накатанной: грязный шалман для путан… И – путаться, путаться, путаться! Хуи. Кубы и литры. И превратит её злая фея-Судьба, как спел бы Армен Григорян, В «безобразную Эльзу – королеву флирта». Да как полетят в неё каменьями осуждения и злые слова! Колкими эпитетами её сгноят старые девы. Но людская молва ей – давно трын-трава: Ведь она хоть чуть-чуть побыла королевой!… А серпентарий по имени «Ибица» ждёт кары Творца: Две заботы – забыться и выжить! Остальное – не важно. Но Гаутама не покинет дворца… За забором так страшно… В теплой кухне уминая белый хлеб с повидлом, Кроя чертежи очередной духовной кампании, Ежедневно и ежесекундно прихожу к тому, что лучше родиться быдлом.
  • Что глазами лупаешь, нежное дитя? Под фрезою времени плавятся, кряхтя, Листья календарные, калачи с печи. Агнец, молчи! Отчитает бабушка сказки про Емель – Жизнь покажет з*дницу, сгинет детский хмель. Боль и унижения за собой влачи. Агнец, молчи! В небо дезертировал – крылышки подрезали. Научился плавать под водой – жабры разорвали. Видно, на роду написано корчиться под мессером… Это проходили – избежишь едва ли. Нету ширмы радужной в царстве Колымы – Пред тобой разверзнулась пасть вселенской тьмы: Зазывают на огонь черти из печи. Агнец, молчи! Ты чертей не слушайся. Щеки подставляй. Трепещи – и, может быть, попадёшь в свой рай. Ножики наточены. Курят палачи. Агнец, молчи! Лезвие холодное поцелует плоть. Источник teksty-pesenok.ru Кто-то должен мучиться, кто-то – заколоть. Не противься попусту! В голос не кричи. Агнец, молчи! В небо дезертировал – крылышки подрезали. Научился плыть по дну – жабры разорвали. Видно, на роду написано корчиться под мессером… Это проходили – избежишь едва ли. Не скули, не скули шл*хою побитою! Скоро всё закончится – нам ли жить в печали! Битые-небитые – всем лежать под плитами. Это проходили. Избежишь едва ли.