Песня «Леший»
исполнителя Бранимир.
Скачать или слушать онлайн

00:00/00:00

Текст песни:

Гой, же ты, земля моя древняя! Сторона моя горемычная! Сколь тебе тужить, сколько маяться? Лешему знается… На полях снега вековечные. На плечах ярмо непосильное. Принесет весну птица белая? Лешему ведомо… Собрались на пир ведьмы черные, Хлещут с чаш руду земляничную. Гложет волчья сыть руса-братушку, Дремлет царь-батюшка. Гложет волчья сыть руса-братушку. Кушай, царь-батюшка! Не гневись на нас, ясно небушко! Мы ж твои сыны оборвАные. С водкою на «ты», под кнуты хребты, Смирны да просты. С водкою на «ты», под кнуты хребты, Святы да чисты… Гой, же ты, земля моя древняя! Сторона моя горемычная! Сколь в неволе жить, сколько маяться? Лешему знается…

Другие песни исполнителя:

  • Бледное, хмурое солнышко Скрылось за Лысой горой. Детушки славные, орлики Плачут в избушке сырой. Прячутся рожицы в вороты, Ластится старый борей, Орлики плачут от холода: «Мама, прийди обогрей!» Орлики смотрят на звездочки: Как же они далеки… Хлеба последние крошечки Тащат под стол пруссаки. Смотрят портреты с укорами, Хлопает ветер дверьми, Орлики плачут от голода: «Мама, прийди покорми!» Там, за рекою Смородиной Чудища злые живут. Змеи трехглавые скалятся, Орликам спать не дают. В полночь в оконце бессовестно Баба-Яга залетит. Орлики плачут – им боязно: «Мама, прийди защити!» А в телевизоре стареньком Крутят опять сериал: Там папа вернулся с подарками, Деток обнял, приласкал. Сколько ребяческой радости: Папа принес каравай! Орлики плачут от зависти: «Мама, прийди приласкай!» А днем всякие-разные тётеньки В доме толпились с венком, Мамку сложили в коробочку И прикопали песком. Выли соседские бабушки, Плакал пришедший народ. Орлики плачут по матушке, Но мама уже не придет! Лягут в кроватку железную, Крепко мишутку прижмут. Слезы утрут бесполезные И с мамой навеки уснут… И очутятся, красивые, В сказочной, светлой стране, Где они будут счастливые С мамой гулять по траве…
  • ах как хочется вернуться в тот солнечный день когда в форточку мама кричала домой а футбол был в разгаре и трава прилипала к сведенным коленкам это было в обед а с утра красноперка в усталом пруду повела поплавок в камыши оставляя в воде только черные ленты а теперь все на кладбище в ряд и в аду развеселом горят миру станет смешно а потом все равно нарожают других злою пулей года просвистят и глаза за оградкой блестят очень скоро и мы завернемся с тобой с головой в одеяло весенних могил а в детской кладовке резиновый мяч и кроссовки в которые больше не влезу очки для вечерней рисовки и с постера смотрит Ван Дамм под папиной рваной спецовкой живут все мои пистолеты за окнами вечное лето оно не пройдет никогда с Ханкалы приплывают сынки а потомки крышуют ларьки ты шлифуешь свой первый аккорд и в беседке поешь про солдат на привале ты юн и вся жизнь у тебя впереди бьется сердце в фанерной груди все дороги до ада открыты и в душу волки пока не плевали а в детской кладовке резиновый мяч и кроссовки в которые больше не влезу очки для вечерней рисовки и с постера смотрит Ван Дамм под папиной рваной спецовкой живут все мои пистолеты за окнами вечное лето оно не пройдет никогда а в детской кладовке резиновый мяч и кроссовки в которые больше не влезу очки для вечерней рисовки и с постера смотрит Ван Дамм под папиной рваной спецовкой живут все мои пистолеты проснусь а за окнами лето оно не пройдет никогда вернуться в тот солнечный день ах как хочется вернуться в тот солнечный день хочется вернуться в тот солнечный день хочется вернуться в тот солнечный день
  • Она бы пошла в избу за тобой на пламя, По тёмным, недвижным водам, на дно в 20 000 лье. Стереться в песок и стать, твоей молчаливой мебелью, Послушной песцовой спутницей, в дареном тобой колье. Кормилась твоим огнём, летела б бутылкой жгучею, Сияя над баррикадами под пенье стальных цимбал. Победу встречать вином, в Раю возлегать под кущами С тобою - Грозою Севера. Но ты ее проебал... Она бы пошла с тобою к сибирским рудам, За чифиром в грязной кружке, за тубиком, гнить в барак. Она бы смогла, легко стать твоей добычею, Стерпела б удар дубиною и мокрый пещерный мрак. А после телячьих нежностей в тревожных советских сумерках Ты мчался б с букетом краденым, восьмерки в окно лабал. И после, наливки треснувши, отправились б на окраину Шизить с вашим пёстрым юнити Но ты ее проебал... В любой незавидной участи, на самой паскудной должности, Была бы тебе опорою, единственной и родной. Она бы смогла стерпеть твоих друзей, побои твои и выходки До самой костыльной старости таскать за тобой судно. Спасать в самый длинный срок, иконою под подушкою В старухе-тюрьме камышинской среди мусорских хлебал. И в письмах дарить тепло, что наглый дубак не вытащит Со связанным ею свитером. Но ты её проебал...