Песня «Сад Любви»
исполнителя Леонид Фёдоров.
Скачать или слушать онлайн

00:00/00:00

Текст песни:

Вернулся назад в Сад Любви И вижу, не веря себе Что церковь построена там, Где раньше играл на траве. На воротах той церкви замок, Написано сверху: “Нельзя!” В Сад Любви, полный дивных цветов, Вернуться попробовал я. Вернуться попробовал я. Вернуться попробовал я. Но я вижу он полон могил И надгробия вместо цветов. Священники в чёрном несут свой дозор там И вяжут шипами и страсть, и желанья, И страсть, и желанья, И страсть, и желанья.

Другие песни исполнителя:

  • (Дмитрий Озерский, Дмитрий Стрижов) Заливом шли себя баюча Думай про меня Летели в скомканное небо Про меня Лежали в каменных ладонях Про меня Забудут будут будут будут Губы твои Взлетают тают тают тают Руки твои Летели тели тели тели Радость моя Думай про меня Думай про меня Думай про меня Забудут будут будут Там за рекой Взлетают тают тают тают Здесь над водой Летели тели тели тели Источник teksty-pesenok.ru Так же как и я Две недели три недели Две недели Я помню горы горы Так высоко А небо небо небо небо Здесь далеко А губы губы губы Губы без огня Думай про меня Думай про меня Думай про меня
  • «Думал» (Музыка Леонида Фёдорова, текст Александра Введенского) однажды я шёл по дороге, отравленный ядом, и время со мною шагало рядом. различные птенчики пели в кустах, трава опускалась на разных местах. могучее море как бранное поле, вдали возвышалось. мне разумеется плохо дышалось. Я думал о том почему лишь глаголы подвержены часу, минуте и году. а дом лес и небо, как будто монголы, от времени вдруг получили свободу. и где бы я ни думал и где бы я ни спал я ничего не думал я ничего не думал никого не спал ничего не думал я думал и понял. Мы всё это знаем. что действие стало бессонным китаем, что умерли действия, лежат мертвецами, и мы их теперь украшаем венками. Подвижность их ложь, их плотность обман, их неживой поглощает туман. Предметы как дети, что спят в колыбели. Как звезды что на небе движутся еле. Как сонные цветы беззвучно растут, предметы как музыка, они стоят на месте. Я остановился. Я подумал тут, я не мог охватить умом нашествие всех новых бедствий. и где бы я ни думал и где бы я ни спал я ничего не думал я ничего не думал никого не спал ничего не думал новый альбом "Весна" на стихи Введенского А. Введенский <1929(?), 1933-1934>
  • (...) вдоль берега шумного моря шел солдат Аз Буки Веди. У него была основная руководящая мысль про орехи. Он шел и шептал песню. Был вечер. Солдат Аз Буки Веди, подходя к жалкому, не освещенному рыбаками, живущими в нем, рыбачьему домику, в котором жили рыбаки, в том случае, когда они не находились в плавании в шумном, черном, каспийском, по существу даже в средиземном, или что то же самое, Адриатическом море, а находились на берегу, то тогда они жили в нем. Их рыбаков было пять человек. Они пристально ели суп с рыбой. Их звали: Андрей, Бандрей, Бендрей, Гандрей, и Кудедрей. У них у всех были дочери. Их звали: Ляля, Таля, Баля, Каля и Саля. Они все вышли замуж. Был вечер. Солдат Аз Буки Веди не зашел в дом к этим огородникам. Он не постучал к ним в дом. Он шел погруженный в свою мысль, основную им руководящую мысль об орехах. Солдат Аз Буки Веди не заметил их рыбачьего дома. Ни их сетей, ни их снастей, ни их дочерей, ни их супа. Хотя он и продрог и все равно надвигалась ночь, но он прошел мимо. Настолько он был охвачен своей основной руководящей мыслью об орехах. Был еще вечер. Аз Буки Веди шел, почти бежал и говорил ореховую песню. Представим себе, то есть мысленно услышим, эту песню. Следует ли из того, что песня названа ореховой, что в ней и должны рисоваться орехи. Да, в данном случае, следует. Далеко не всегда это бывает так, но в данном случае следует. Вот она эта песня. Солдат Аз Буки Веди пел о разнице скорлуп грецкого и американского ореха. Вот что он пел. У грецкого ореха скорлупа Имеет нежный вид. У американского ореха скорлупа Имеет дикий вид. Первая скорлупа прочна, Ясна, сочна,точна. Вторая скорлупа проста, Она как лебедь без хвоста, Откуда эта разница берется, Кто знает тот дерется. Мне грецкий нравится орех, Ведь в нем есть смех. Его скорлупа прекрасна, но мысль о ней напрасна. Есть у американского ореха цвет, может быть этот цвет ему брат. Но где начинается его рассвет, не сказать никому ни вперед ни назад. Откуда эта разница берется, Кто знает, тот дерется. Вот и все что я мог и спел Об их скорлупе кончающейся на эл. Тут, как бы в ответ на эту песню, вспыхнуло освещенное свечой, ранее не освещенное, окно потухшего совсем, навсегда рыбацкого домика. Рыбак Андрей, Бандрей, Бендрей и Гандрей постучал в окно и крикнул солдату Аз Буки Веди: - Ротный командир, любишь ли мир? А рыбак Кудедрей самостоятельно варил и продолжал есть свой рыбацкий суп. Был вечер, хотя и надвигалась ночь. Но что мог ответить Аз Буки Веди, (когд)а он не слышал вопроса. Он был уже очень далеко то них. (И тогда) он внезапно, но не неожиданно, превратился в отца и (...) и сразу спел новую песню. Отец пел. Мать слушала. Отец пел, а мать слушала. Отец пел и мать слушала. Что же она слушала?
  • До темна, до дна, до дней, а с ней светлей, светла моя душа. Как река, рука, ручей, речей над ней текла моя душа. Пол головы нет, Пол головы яд, Он говорит мне, Он говорит - я, Я говорю - да, Он говорит - нет, Пол головы яд, Пол головы свет. Сто коней, камней, ко мне, как небо ночь, как день моя душа. Дни, огни, одна, одни, обнимет нить, как тень моя душа. Пол головы нет, Пол головы яд, Он говорит мне, Он говорит - я, Я говорю - да, Он говорит - нет, Пол головы яд, Пол головы свет.