Песня «Скрудж»
исполнителя Бранимир.
Скачать или слушать онлайн

00:00/00:00

Текст песни:

Текст песни не найден. Добавить?
Мы платим за добавление текста. Вам нужно авторизоваться, чтобы мы смогли вам заплатить
Отмена

Другие песни исполнителя:

  • Валаокий старец с крыльями хрустальными, Плелся по ухабам и венкам дорогой дальнею. Тревожно пели коростели, голосами, змеиными, Он видил как сияли ангелы, печатями звериными. Как фантазеры, превращаются в обманщиков, Как корни пустоцвета, жадно тянутся к радуге. Как солью закипали сны, под ржавыми личинами, Да кашляли младенчики, с кровавыми морщинами. Орлы склоняли главы, над разрушенными гнездами, Да гнались бунтари за нарисованными Звездами. Как гноем наливались, напомаженные истины! И злые крысоловы, оборачивались крысами. А карманные мужья когда-то были исполинами. И лица павших в поле, небыли унылыми. Столбы ублюжьей верой, кормят стада небылицами, Да слезы льют кроты, над могилкою жар-птицинай. Валаокий старец с крыльями хрустальными, Плелся по ухабам и венкам дорогой дальнею. Тревожно пели коростели, голосами, змеиными, Он видил как сияли ангелы, печатями звериными.
  • так хотел, чтоб карлик в ранениях осколочных Вернулся с войны и вымолил новые ноги у бога Чтоб выгнуть коленца на свадьбе у лапочки дочки С гостями пуститься в галоп Мой Теночтитлан загажен торгашеской сволочью Гнездовье бед, нерестилище серых больниц Ютятся метисы в концлагере офисной рвоты Ебут шелудивых волов Я так мечтал, что вырастет сладкая вишенка Из сломанной клюшки с надеждой воткнутой в песок пустыря Рыжеволосым обсосом, повесой курносым грядущим горбатым вором И в солнечный день прохожая хмурая нищенка Сорвёт эти ягоды с ветки и сложит с оглядкой в котомку Наестся и враз превратится в чудесную птицу И пулей взлетит над Днепром Теночтитлан -серые рвы, пламя тоски В черной крови золотые пески Хищные рты утянули малютку на вязкое дно Жадной рукой сказочный мир превратили в говно Я верил в добро и знал что дворняжек отловленных Положено сдать дрессировщику в цирк -шапито Хоть егерю в лес, хоть в добрые руки Хоть серым волкам на поруки, но только не в суп И как-то в наш двор пришли беспощадные гоблины Словили дружков и зачем то отдали корейцам на рынок Кричать было поздно, хозяина нет Не выкрадут воины гринписа, менты не спасут Я так мечтал, наступит небесное царствие Где станет тепло всем озябшим бездомным на свете землянам Где хаты не с краю, где толпы румяных селянок пекут пироги и встречают гостей Где желтый огонь в деревенской печи Шобла головешек настырно трещит В избушке тепло и не страшные вьюги январские Утихла тальянка, рыдает гармонь И папа живой и мама готовит кисель Теночтитлан -серые рвы, пламя тоски В черной крови золотые пески Хищные рты утянули малютку на вязкое дно Жадной рукой сказочный мир превратили в говно
  • Автостанция Кинешма в сумке блины Ты стоишь небо синее как дембель в фонтане И во сне мажешь лыжи, укатить из страны Но тебя не пускает, твой Ваня Он нажраться, пляшет, братана с крюка ебашит Раша, страшен, машет сизою булавой Лютый вой, мордобой и ебало в кашу Дефективный супруг нелюбимый твой Уволок тебя в Пердь пятернею потной Заточил в Хрущёвке как дюймовочку крот Были мазы свалить, приезжал тут залетный Экземпляр из более ценных пород Угостил кириешками, сулил Абхазию Обещал, что то там привезти из гор Да видать с продуктового гарпии сглазил Растворился и скрылся в ночи как вор ПРИПЕВ: Маршрутные кабзики грязь месили Коричневый яд Поволжского вилладжа Ты стояла, глаза твои просили: Забери меня на хер из этой Кинешмы! Буду бля, полюблю тебя, яшмовый, надолго. Хочешь, тапочки буду в зубах приносить? Он смотрел как сокол, что брезгует падалью Мне кофейку и два с мясом… Спасибо Мир пропахший кишманской помадой, и старыми тапками Пришпандорены к кафелю святцем Висит Паноровская Рыболовные снасти, балкон стеклотара с остатками И бабуля погладит рукой покрытой коростою Кухня пахла весельем и не ухоженной матерью В Апельсиновых корках отряд насекомых вредителей Скалки склянки и склоки, отвратная ПСИХОСОМАТИКА Отчий дом как хрущевский зверинец и место распития Педофил в драмкружке осыпал непрестанными одами Распускал волосатые клешни, тащи в свою Таврию Но Афелию дали другой, а тебе кушать подано Продаешь на вокзале и ждешь Леонардо ДиКаприо Автостанция, Кинешма в сумке самса Ты стоишь, небо ясное, как участь Донецка Потускнели глаза, расплылись телеса Растолстела в конец как Японская нецка, Черным выхлопом, выдохнул старый «Лиаз» Старики на лавке резались в нарды И все было как раньше всюду квас, керогаз Но к тебе подошел живой Леонардо Белый нордик и волосы на пробор И одет точно так же как в фильме Титаник Протянул к тебе руку, я за тобой Сейчас приедет Rolls Royce, собирайся, ТАНЯ Я искал тебя долго, вот букет из роз Обомлел, как увидел тебя с плаката Она бросила сумку и села в РолссРойС Happy end, поцелуй, умчались к закату
  • Горе, опухшими веками бледной старухи на стол опускается стопка. Горе, перебери столько дорог, что и гроб замаячит, как ротная койка. Губою заячьей небо весит над куском человека в брезентовой марле. Почему следы незнакомцев ведут в бурелом непролазный из маминой спальне? Горе, капелька, пушечка, небо с овчинку, знала бы кукушечка убила девчинку. Пальцы подушечками по коробочке вымученно чиркала. Земля меня выучила косой и киркаю. Горе, цвета бесцветного люди-продукты, сплюнит в открытую дверь небесный кондуктор. Небесный продуктор одарет бесцветьем. Они еще живы, но как это спеть им? Месяц недоношенный жаждет подношения. Что засим это небо? Целовали глаза, каждый дюйм ядовитого неба. Где больная вода вытекала из туч. Злополучного солнышко луч пробивался, так рьяно, он хотел щекотать твоё тело. А в ковре, на поляне. По печальной щеке проползал скарабей. А не броский старик, не броско одетый старик. Он прелег отдохнуть или умер.