Песня «Пузыри»
исполнителя Хаски.
Скачать или слушать онлайн

Другие песни исполнителя:

• Невидимка

  Хаски

  

  Облака летают низко Солнечного диска, сон ещё не близко Анаша на дне ботинка Ай-яй-яй, ай-яй-яй, ай-яй-яй! Ай-яй-яй, облака летают низко (Ой-ой-ой) Сочная ириска солнечного диска, сон ещё не близко Ой-ой-ой, анаша на дне ботинка (Ой-ой-ой) Шапка-невидимка, быть кому-то близким жалкая попытка Невидимка, уснувший в углу Невидимка, рисующий мглу Бродяга, рисующий взорванный газ Невидимка, мозолящий глаз Я писал этот рэп невидимым Я украл карандаш, не выдержав В чьей-то кухне жужжала вытяжка Я слова ковырял обыденно За обеденным был свидетелем чаепития Будто ведьма, шептала вытяжка Быть невидимым Это медиа на любителя, оу Разве небо — серый каньон? Разве Бог — тупой динозавр? Невидимка в холле вокзала И никто не знает о нём Пусть успокоится, растворится Пусть вокруг пузырятся лица Я упрямо давлю улыбку И пускаю седую нитку Дыма в форточку самолёта Невидимка в седле пилота Невидимка в седле пилота Невидимка в седле пилота Ай-яй-яй, облака летают низко (Ой-ой-ой) Сочная ириска солнечного диска, сон ещё не близко Ой-ой-ой, анаша на дне ботинка (Ой-ой-ой) Шапка-невидимка, быть кому-то близким жалкая попытка Ай-яй-яй, облака летают низко (Ой-ой-ой) Сочная ириска солнечного диска, сон ещё не близко Ой-ой-ой, анаша на дне ботинка (Ой-ой-ой) Шапка-невидимка, быть кому-то близким жалкая попытка Облака-селёдки в глазури стекла И луна посерёдке глазуньей стекла Ты глядишь сиротски, на мочках глаз По солёной серёжке намокла враз Зашторишь мир, поделив на ноль На гардине спит невидимка-моль Вот и я, вкамуфлировавшись в стеллаж Стою, блядь, как вымысел, как мираж Не зная, всхлип или ёж во рту Ты сосёшь бутылку и тошноту Вертолёты бегущей строкой в глазах А потом ты уснула с рукой в трусах По полу ползёт недопитое Недобытие недобитое Наблюдать тебя из пробоины Быть глазами во лбу обоины Отшумит парусами эскадра дней Мои фотки выйдут из кадра стен Ты войдёшь, нашарив вслепую свет Кто с тобой пожалует пулей вслед? Я осяду, бледный, как Петербург Двери стонов срываются с петель губ Вы слились, отставив вуали лиц Так тебе и надо, вуайерист Ай-яй-яй, облака летают низко (Ой-ой-ой) Сочная ириска солнечного диска, сон ещё не близко Ой-ой-ой, анаша на дне ботинка (Ой-ой-ой) Шапка-невидимка, быть кому-то близким жалкая попытка Ай-яй-яй, облака летают низко (Ой-ой-ой) Сочная ириска солнечного диска, сон ещё не близко Ой-ой-ой, анаша на дне ботинка (Ой-ой-ой) Шапка-невидимка, быть кому-то близким жалкая попытка

  
• Наше лето

  Хаски

  

  Это лето — наше лето, вспоминай его Без спасательных жилетов прыгаем в окно Дымом-дымом да коньячными пробками, а я Мимо-мимо, ты, biatch, такая робкая Ты глоток вина, как молодая Орнелла Мути Ты собой пьяна, так голодна, и давай замутим Ты как Моника Беллуччи, да-да-даже лучше С тебя, как с поники, глючит; помню, был случай Ведь она тебя погубит — смешон; не губами, так грудью смущён, А говорили тебе люди, и чё? Кто эти судьи? Бычьё Ведь носоглотки ждут, сохнут, за белым ушёл ходок Кадык колготки жмут, мокнут, ты чуешь там холодок Осталась только похоть: ахать на хате да охать Осталось только сдохнуть с хрипом на плахе: «Так плохо» Лиловый негр не подаст манто. Твой духовник — Лиловый бомж — проткнёт прутом и снимет пуховик Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше Нас не спасут. На экране, детка, Голливуд Горою грязная посуда, люди к людям льнут Я тут уже давно, считай, уже который год Играет «Freelove» Depeche Mode. Может, выпьешь? Вот Дунули в падике, едем на Патрики Буду ли пиво? Буду. Чипсы Pringles Паприка Ты словно ви-джей МариКа, и этот хриплый голос грудной Да я не нарик, просто бледный и худой Какое дело нам до них, скорей ко мне ложись Мне так хотелось вникнуть своим телом в твою жизнь Покажись мне, как видение визионеру И мы примерно пыхтели, как пионеры Пенсионеры смотрят вслед — тебе семнадцать лет, Но я не стану воровато озираться, нет Ты поступила, а я нет. Привет, армеечка Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше Сюжетец так себе, характер на нуле Корешок на спинке стула царапает «А.У.Е.» Я смотрю в учебник — буквы, будто поддатые, падая, пляшут В каждой точке мне мерещится твоя пятая Я зажимал тебя в уголке в падике Я пробовал на ощупь бугорки-впадинки Ты красила синяки, расчёсывала манту Поверь, в подъезде безопасно, как у Господа во рту Тянутся на заводы шеренгами муравьи, А давай смеяться в морды шалелой твоей родни? И пускай нас хает отчим из-под заячьей губы Мы чьи-то тамагочи, но не знаем, чьи, увы Мы маленькие дети, против нас полчища И страсть, как чекушка, разлилась в полчаса Детство, как и лето, закончилось навсегда Привет, серое небо, что мочится под себя Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето Наше лето! Нашел лето! Наше лето! Нашел лето! Наше лето! Нашел лето!

  
• Иуда

  Хаски

  

  И как-то так выходит, что без этого... ну, ты не можешь жить. Это как пища, как воздух... Иуда Иуда Иуда Иуда Обстоятельно проблевавшись В чьей-то хате на Патриарших Я вбиваю бычки в перила Ожидая свой Киа Рио Пусть в такси шепелявит ретро Мы с водилой раздавим пятку И до дома доедем всмятку, а Мухи в бокале вина, а Что будет после меня, а Мультики нового дня, а Вряд ли разделят со мной, ой Кто из вас выдаст меня, а Кто из вас выдаст меня, а Кто из вас выдаст меня, а Остыть не успеет косой, ой, ой Иуда Люди липнут как козинаки Будь то лифт или Газенваген Дорогуша, вы обознались Мне не нужен психоанализ Вы простите меня, утырка: Мне скучны ваша мелодрама, ваша течка и ваша дырка (а) Мухи в бокале вина, а Что будет после меня, а Мультики нового дня, а Вряд ли разделят со мной, ой Кто из вас выдаст меня, а Кто из вас выдаст меня, а Кто из вас выдаст меня, а Остыть не успеет косой, ой, ой Иуда В моём плеере педерасты А на проводе террористы Я читаю для тех, кто бродит По рукам или по этапам Я не требую понимания Лишь один из шального люда Понимает меня Иуда Мухи в бокале вина, а Что будет после меня, а Мультики нового дня, а Ты не разделишь со мной, ой Кто из вас выдаст меня, а Кто из вас выдаст меня, а Кто-то заложит меня, а Остыть не успеет косой, ой Целую тебя, Иуда

  
• Наше лето

  Хаски

  

  Это лето — наше лето, вспоминай его Без спасательных жилетов прыгаем в окно Дымом-дымом да коньячными пробками, а я Мимо-мимо, ты, biatch, такая робкая Ты глоток вина, как молодая Орнелла Мути Ты собой пьяна, так голодна, и давай замутим Ты как Моника Беллуччи, да-да-даже лучше С тебя, как с поники, глючит; помню, был случай Ведь она тебя погубит — смешон; не губами, так грудью смущён, А говорили тебе люди, и чё? Кто эти судьи? Бычьё Ведь носоглотки ждут, сохнут, за белым ушёл ходок Кадык колготки жмут, мокнут, ты чуешь там холодок Осталась только похоть: ахать на хате да охать Осталось только сдохнуть с хрипом на плахе: «Так плохо» Лиловый негр не подаст манто. Твой духовник — Лиловый бомж — проткнёт прутом и снимет пуховик Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше Нас не спасут. На экране, детка, Голливуд Горою грязная посуда, люди к людям льнут Я тут уже давно, считай, уже который год Играет «Freelove» Depeche Mode. Может, выпьешь? Вот Дунули в падике, едем на Патрики Буду ли пиво? Буду. Чипсы Pringles Паприка Ты словно ви-джей МариКа, и этот хриплый голос грудной Да я не нарик, просто бледный и худой Какое дело нам до них, скорей ко мне ложись Мне так хотелось вникнуть своим телом в твою жизнь Покажись мне, как видение визионеру И мы примерно пыхтели, как пионеры Пенсионеры смотрят вслед — тебе семнадцать лет, Но я не стану воровато озираться, нет Ты поступила, а я нет. Привет, армеечка Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше лето! И-эу, наше лето! И-и, наше Сюжетец так себе, характер на нуле Корешок на спинке стула царапает «А.У.Е.» Я смотрю в учебник — буквы, будто поддатые, падая, пляшут В каждой точке мне мерещится твоя пятая Я зажимал тебя в уголке в падике Я пробовал на ощупь бугорки-впадинки Ты красила синяки, расчёсывала манту Поверь, в подъезде безопасно, как у Господа во рту Тянутся на заводы шеренгами муравьи, А давай смеяться в морды шалелой твоей родни? И пускай нас хает отчим из-под заячьей губы Мы чьи-то тамагочи, но не знаем, чьи, увы Мы маленькие дети, против нас полчища И страсть, как чекушка, разлилась в полчаса Детство, как и лето, закончилось навсегда Привет, серое небо, что мочится под себя Как собаки синего дыма полные рты Слышь, хватит! Невыносимо робкая ты С горкой воды горькой во рты Я не забыл, помни и ты наше лето Наше лето! Нашел лето! Наше лето! Нашел лето! Наше лето! Нашел лето!

  
• Бит шатает голову

  Хаски

  

  Бэнга! Бэнга! Бэнга-бэнга-бэнга! Бэнга! Псина! Псина! Псина! Бит ша… бит ша… бит ша… бит ша… Бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю Бит шатает голову мою обезьянью Я нащупал чье-то ухо, я туда объясняю Что водка уже вот-вот у кадыка поперек И как веревка, и живот ее толкает вперед Но я разбрызгался и матерное что-то плету Притворись моей матерью, я тебя уведу Я буду твоим сынишкой, махать тебе во все окна Наскучит — продашь меня, если примет комиссионка Только Бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, и я поверх бита И моя русская поэзия в подъезде у кента Где я глядел во все глазищи, но увидел лишь одно: Бесконечные трущобы в бесконечное окно, о На расстоянии в дым играет Наутилус Шмонай мою голову, как ты научилась Там только страх и стыд, а кроме — пустяки Маленькие люди и огромные стихи Ты слышишь Бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову Зимы довлеют Зимы довлеют Мы умрём, когда сиги дотлеют Мне цыганка нагадала две стекляшки коньяка И как мы жили, как попало, так и ляжем кое-как Там, где лютует зима, мародерствуя Постель моя черная, земля моя чёрствая Если я здесь сгину, как жил — бедно и глупо Прорасту тайгой на руинах этого клуба Бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю А бит ша- бит шатает голову, голову мою А перед выцветшей иконою Господа молю